7064f89f

Фрадкин Борис - Нулевой Цикл



Борис Захарович Фрадкин
НУЛЕВОЙ ЦИКЛ
Выхваченный из темноты ночи лучами автомобильных фар,
старый, сложенный из серого уральского камня, двухэтажный
дом медленно оседал. Стены его, внезапно потерявшие проч-
ность, перекашивались, вспучивались в стороны. Оконные пе-
реплеты сжимались, из них со звоном вылетали лопнувшие стек-
ла. Попав в полосу света, осколки стекла вспыхивали яркими
разноцветными блестками.
Одинокий в ночи и казавшийся потому ослепительно белым,
дом походил на сказочный замок, который вдруг подвергся на-
шествию колдовских разрушительных сил. Дом пытался выстоять,
он изнемогал в борьбе. Но нет, разрушающее начало медленно,
но верно одолевало.
Вероятно, подобная аналогия пришла на ум и тем, кто нахо-
дился здесь, перед гибнувшим домом. С самого начала экспери-
мента никто из них не проронил ни слова.
Главный инженер строительно-монтажного управления Лев Ки-
риллович Горелик стоял на краю полосы света и, хотя был ту-
чен и ростом невелик, тень от него дотянулась до стен дома.
Его крупную лысую голову прикрывала кепчонка-блин. Он широко
расставил ноги в кирзовых сапогах и засунул руки в карманы
брезентовой куртки.
Рядом с ним, но уже в тени, переступал с ноги на ногу ве-
сельчак Байдин, прораб нулевого цикла, ростом на голову вы-
ше, а годами вдвое моложе. Сдвинув набекрень свою короткопо-
лую шляпу, он, как и Горелик, онемел от представшего его
глазам необычайного зрелища.
По другую сторону полосы света, подле аппарата - высокого
ящика-тумбочки, над верхней панелью которого минометным
стволом смотрела в сторону дома широкая труба, находились
еще трое: кандидат математических наук Зенцова, женщина лет
тридцати пяти, и ее два помощника, студенты четвертого курса
электротехнического факультета. Зенцова в брюках, в темном
халате стояла, руки ее сжимали рукоятки на конце трубы, как
руки пулеметчика сжимают рукоятки "максима". Из трубы, не
касаясь ее стенок, сантиметров на десять выступало сопло и
выбрасывало тонкую, в палец толщиной, струю воды. Прямая,
как натянутая струна, сверкающая зеркальными бликами, струя
била в стены дома, совершая ту удивительную работу разруше-
ния, за которой с таким напряжением следили Горелик и Бай-
дин.
Ни одна капля воды не отражалась от камня, словно это был
не камень, а жадно поглощавшая воду губка. Впрочем, вода
поглощалась не только камнем, но и всем, что она встречала
на своем пути: деревом, железом, штукатуркой, стеклом, и все
это мгновенно обращалось в тестообразную массу, медленно
сползающую на землю.
Женщина управляла полетом струи, захватывая стены от края
до края. Ее помощники-студенты, присев на корточки, следили
за показаниями приборов на двух маленьких пультах, располо-
женных по обе стороны ящика. Иногда они подкручивали лимбы
настройки.
Вскоре с домом было покончено. Не встречая более препятс-
твий, лучи автомобильных фар устремились в открытое прост-
ранство, вдоль размятой колесами самосвалов улицы. Но улица
была мертва. Лишь кое-где на ней виднелись полуразбитые сте-
ны одно- и двухэтажных домов.
Улица умерла, чтобы превратиться в строительную площадку.
Горелик, а за ним и Байдин приблизились к серой застываю-
щей массе. К ним присоединились Зенцова со своими помощника-
ми.
- Ну и ну! - восторженно выдохнул Байдин. - Такой домище
и как корова языком слизнула. Да нам бы его на три-четыре
смены хватило.
- Разрешите поздравить вас, Антонида Дмитриевна, - голос
Горелика звучал официально, но дружелюбно. - Я знал, чт



Назад