7064f89f

Фурман Роман - Первый День Эпохи Возрождения



Роман Фурман
Первый день эпохи возрождения
- Пора...
- Вы что-то сказали? Вы мне?
- Не вам. Вообще... Говорю, пора...
- Давно пора. Чего они тянут.
- Сверяют со списками. Все должно сойтись.
- Нас тут не так уж и много. Развели канцелярщину. Чушь...
- Порядок есть порядок.
- Все равно, что-нибудь да напутают. Кого-то наверняка забудут.
- Во всяком случае, не должны. Это приказ Администрации - забрать всех
до единого. Всех...
- Значит, это последней? А если не хватит мест?
- Они могут в сто раз больше, в тысячу. Разве не видите, какая
громадина. Дух захватывает.
- Неужели-таки всех?! А если кто-то не успеет? Или просто решит
остаться? Что тогда?
- Остаться? Здесь? Зачем?!
- Мало ли что. Захочет - и все.
- Стало быть, он сумасшедший. Вот вы же не хотите? Или хотите?
- Я?! Что я здесь забыл, в этом проклятом пекле?
- То-то. Все так рассуждают. Никто не хочет пропадать в этом аду.
Ничего, скоро мы уже будем _там_ и сможем забыть все, отдохнуть. А потом
начнем жить...
- Вот теперь действительно начинают. Видите, впустили первую группу.
- Прямо не верится... Через пару часов очередь дойдет и до нас.
- А я почему-то боюсь. Не знаете, это опасно? Что говорят?
- Не знаю. Лично меня это не волнует. Лишь бы вырваться отсюда. На
любых условиях. Терять уже нечего...
- Но все-таки, что они с нами сделают? Что мы почувствуем?
- Я же говорю вам, не знаю. Засушат, заморозят, растворят - какая
разница!
- Бррр!.. Ну и юмор у вас. Я же серьезно.
- Да что вы пристаете с пустяками. Спросите у них самих, а меня
оставьте в покое. Вон ходят двое - Капитан и первый помощник. Они вам все
расскажут. Ну, сбегайте.
- Вы что, смеетесь? Я и так еле на ногах держусь, не то что они... А
кто из них Капитан? Коренастый?
- Да. Он уже сделал двенадцать рейсов. А первый помощник, я слышал,
впервые здесь. Новичок. Он даже родился _там_.
- Эх, везет людям.
- Это верно, кому как повезет. Его родители попали в первые рейсы.
Вас-то еще и на свете не было.
- Меня? Возможно. Кстати, я в своем роде знаменитость.
- Вы? Вот уж не сказал бы, глядя на вас. Ну и чем же?
- Моложе меня никого здесь нет, хотя мне уже сорок два. Я последний,
кому позволено было родиться. Последний, понимаете. Потом Администрация
приняла решение - больше ни единой души.
- Ну и правильно. Надо было еще раньше. Иначе бы они еще и через десять
лет не увезли всех отсюда. Все-таки мы живем в самую гнусную эпоху. Эпоху
бегства от самих себя.
- Это вы в точку попали. Гнуснее и не придумаешь... Еще одну группу
впустили. Дело движется. Медленно, но верно.
- Моя очередь движется уже четырнадцать лет. Так что я привык. К
движению...
- Что же вы раньше не записались?
- Раньше... Все мы жертвы, как говорится, стадного чувства. Сначала
никто не хотел, первых отправляли в принудительном порядке. Конечно, были
добровольцы, но они не в счет. Масса, толпа... Глупцы, и я такой же... Мне
уже пятьдесят девять. Кто знает, сколько еще осталось. Но хоть год-два,
хоть сколько-нибудь пожить по-человечески, а не так, как мы сейчас. Или
умереть, все равно...
- Нет-нет, я не согласен умирать. Жизнь - это чудо, даже здесь.
Величайшее чудо, которое еще осталось у человека.
- Хм, да вы философ! Поэт! Стишки сочиняете?
- Оставьте... Лучше посмотрите, что это там виднеется.
- Где?
- Почти у горизонта. Непривычный зеленый цвет. Правее тех барханов,
видите?
- Ну и что? Камень, наверное. Какая разница. Подвиньтесь, теперь можно
стать под навесом. Пожалуй, они стали работать бы



Назад